Not seeing a Scroll to Top Button? Go to our FAQ page for more info.
 

Ресурс «Редкие книги в собраниях Берестейщины»

Ресурс «Цифровая память Брестчины»



Читательский рейтинг

В этом разделе можно познакомиться с книгами и журнальными публикациями, пользующимися популярностью у читателей разных отделов Библиотеки.

03.09.2026
Количество показов: 75

Август 2026

Книги и журнальные публикации


Отдел периодических изданий


Язэп Драздовіч — незвычайная асоба ў гісторыі беларускага мастацтва. Этнаграфічныя малюнкі мастака прыцягваюць увагу сваёй фатаграфічнай дакладнасцю. Сёння мы можам убачыць тое, што давно знікла, але захавалася як гістарычная і культурная спадчына на малюнках Язэпа Драздовіча, зробленых на паперы алоўкам і тушшу. Гэта страчаныя помнікі драўлянага дойлідства, не кранутыя цывілізацыяй палескія краявіды, а таксама беларусы, апранутыя ў традыцыйнае адзенне. Як Я. Драздовіч у малюнках паказаў беларускі народны жаночы касцюм чытаем у артыкулу.


В 1918 году Декретом ВЦИК РСФСР была запрещена частная торговля хлебом. Это повлекло за собой борьбу людей за своё элементарное выживание. В опасный путь из города в деревню потекли потоки вольных добытчиков продовольствия. Пыльный мешок превратился в главное средство по перемещению продуктов питания. Самоснабженцы, или как их называли «мешочники» были из разных слоёв населения: рабочие и крестьяне, солдаты и матросы, торговцы и железнодорожники. Почему власть их считала «врагами народа» и какие наказания к ним применялись?


В античном Риме рынки были центрами торговли, где можно было купить всё — от вещей до людей. Главным шедевром античной торговой архитектуры стал многоуровневый комплекс — Рынок Траяна, включавший более 150 лавок, офисов, таверн. Он был самым большим торговым центром античности и стал прообразом современного супермаркета. Посетители Рынка имели возможность заглянуть в зал судебных заседаний, наблюдать за гонками колесниц, участвовать в различных азартных играх, а интеллектуалы, чьи интересы были далеки «от хлеба и зрелищ», становились завсегдатаями книжных лавок, ручки дверей которых были обклеены папирусом со строками из книг, выставленных в магазине. 


Река Волхов и озеро Ильмень в Новгородской губернии одними из первых в России стали пароходными. С 1824 года там появились регулярные пассажирские перевозки, которые ограничивались сначала только казенными пароходами. Через два года пассажиров перевозить стали пароходы английской постройки, которые принадлежали частным лицам. Плата за проезд на них была разной и определялась приказчиком судна «по платью». Нередко определение цены за проезд становилось причиной курьёзных сцен. Читаем.


В середине XX века биологи открыли, что основа наследственности — это ДНК в половых клетках. В 2015 году среди учёных возник спор о эпигенетике — науке, которая изучает влияние вредных привычек и нездорового образа жизни на наследственность детей и внуков. Могут ли потомки унаследовать опыт отцов? Можно ли менять наследственность, не меняя ДНК? Читаем об одном из самых нашумевших открытий в биологии.



Отдел абонемента


Гаген-Торн, Н. И. Memoria.jpg

1. Гаген-Торн, Н. И. Memoria : воспоминания, рассказы, стихи / Нина Гаген-Торн. – Москва : Азбука-Аттикус, КоЛибри, 2024.– 477, [1] с., л. ил., портр. – (Биографии, автобиографии, мемуары).

978-5-389-26756-5.

Нина Ивановна Гаген-Торн занимает видное место среди авторов женской «лагерной» прозы (наряду с Е. Керсновской, Е. Гинзбург, Т. Петкевич), в дневниках и воспоминаниях которых отразились судьбы людей, ставших жертвами сталинских репрессий. Известный ученый, стоявший у истоков советской этнографии, Н. И. Гаген-Торн была также талантливым поэтом, писателем и мемуаристом. Её юность и студенческие годы прошли под знаком Серебряного века и первых лет советской республики; ей довелось услышать, как читал свои стихи Александр Блок, она участвовала в семинарах Андрея Белого и бывала на заседаниях знаменитой Вольфилы (Вольной философской ассоциации, ставшей средоточием духовной жизни Петрограда 1920-х годов). На взлете научной работы, в 1936 году, была арестована и осуждена на пять лет колымских лагерей. На воле остались две маленькие дочери. После освобождения успела защитить диссертацию — и новый срок, ещё пять лет лагерей, а затем ссылка… Но какими бы тяжкими ни были испытания, Н. И. Гаген-Торн удалось сохранить и твёрдость воли, и ясность ума, и жадный интерес к миру, и желание рассказать о пережитом, «чтобы остался хоть тоненький следок, как отпечаток куликовой лапки на песке у реки, в огромных песках Вечности». Помимо воспоминаний, публикация которых стала возможной лишь в 1994 году, после смерти автора, издание включает стихи, написанные в разные годы жизни, и отрывки из дневников и писем, подготовленные Галиной Гаген-Торн, а также вступительную статью Мариэтты Чудаковой.


Гніламёдаў, У. В. Валошкі на мяжы.jpg

2. Гніламёдаў, У. В. Валошкі на мяжы : раман / Уладзімір Гніламёдаў. – Мінск : Мастацкая літаратура, 2014. – 572, [2] с. – (Беларуская проза XXI стагоддзя).

978-985-02-1592-5.

Раман «Валошкі на мяжы» прысвечаны жыццю Заходняй Беларусі ў міжваеннае дваццацігоддзе ва ўмовах польскага санацыйнага рэжыму. Тэма не новая, калі ўспомніць творы М. Танка, П. Пестрака, Я. Брыля, А. Бутэвіча і іншых, але аўтар «Валошак на мяжы» знаходзіць новыя падыходы, меру праўдзівасці і рэалізму ў паказе сваіх герояў, іх жыцця, імкненняў, ахопе псіхалогіі (і біялогіі!) чалавека і тых абставінаў, у якіх ён знаходзіцца. Раман выразна адлюстроўвае асабістасці менталітэту, нацыянальнай свядомасці беларускага народа, тое, што фарміравалася на працягу многіх гадоў сацыяльна-эканамічным і палітычным становішчам гэтага краю.


Герберт, Ф. Дюна.jpg

3. Герберт, Ф. Дюна : фантастические романы / Фрэнк Херберт. – Москва : Центрполиграф, 1992. – 573, [2] с. – (Осирис).

5-7001-0009-6.

Первая книга прославленной саги «Хроники Дюны», принёсшая Фрэнку Герберту мировую известность и многочисленные литературные награды, в числе которых — «Хьюго» и «Небьюла». Само существование могущественной галактической империи зависит от пряности, таинственной субстанции, до фантастических пределов усиливающей экстрасенсорные способности человека. Единственный источник пряности — покрытая песками пустынная планета Арракис. Пока причудливый узор её дюн питает кровь воюющих за власть над планетой Великих домов, в империи не будет спокойствия…


Фрэнк Герберт (1920–1986) успел написать много, но в истории остался прежде всего как автор эпопеи «Дюна». Возможно, самой прославленной фантастической саги двадцатого столетия, саги, переведенной на десятки языков и завоевавшей по всему миру миллионы поклонников. Самый авторитетный журнал научной фантастики «Локус» признал «Дюну», первый роман эпопеи о песчаной планете, лучшим научно-фантастическим романом всех времён и народов. В «Дюне» Фрэнку Герберту удалось совершить невозможное — создать своеобразную «хронику далёкого будущего». И не было за всю историю мировой фантастики картины грядущего более яркой, более зримой, более мощной и оригинальной.


Лю Цысинь Задача трёх тел.jpg

4. Лю Цысинь Задача трёх тел : [роман] / Лю Цысинь ; [перевод с английского и предисловие О. Глушковой]. – Москва : Fanzon : Эксмо, 2024. – 462 с.. – (Sci-Fi Universe).

978-5-04-089112-2.

Когда они придут — Земля вновь станет гармоничным и процветающим миром…

Китай охвачен хаосом «культурной революции». Несмотря на это, в ходе секретного военного проекта в космос отправлялись сигналы с целью обнаружения инопланетного разума. Проект завершился успехом, и один из сигналов приняла иная цивилизация. Вот только чужие находятся на краю гибели, и Земля кажется идеальной для вторжения.

В ожидании прибытия «гостей» часть человечества готова сдать инопланетянам Землю, чтобы те изменили порочный мир к лучшему. Другие же готовы бороться против вторжения до последнего.


Кронин, А. Д. Три любви.jpg

5. Кронин, А. Д. Три любви : [роман] / Арчибальд Кронин ; перевод с английского Ирины Иванченко. – Текст : непосредственный. – Санкт-Петербург : Азбука, 2026. – 604, [2] с. – (Иностранная литература. Большие книги).

978-5-389-13952-7.

Люси Мур очень счастлива: у неё есть любимый и любящий муж, очаровательный сынишка, уютный дом, сверкающий чистотой. Её оптимизм не знает границ, и она хочет осчастливить всех вокруг себя. Люси приглашает погостить Анну, кузину мужа, не подозревая, что в её прошлом есть тайна, бросающая тень на всё семейство Мур. С появлением этой женщины чистенький, такой правильный и упорядоченный мирок Люси начинает рассыпаться подобно карточному домику. Она ищет выход из двусмысленного положения и в своем лихорадочном стремлении сохранить дом и семью совершает непоправимый поступок, который приводит к страшной трагедии...

«Три любви» — ещё один шедевр Кронина, написанный в великолепной повествовательной традиции романов «Замок Броуди», «Ключи Царства», «Древо Иуды».


ЛитРес


Булгаков М. «Бег».jpg

1. Михаил Булгаков «Бег»

Разгром белой армии в Крыму, 1920 год. По воле истории и собственного выбора персонажи — генерал, архиепископ, приват-доцент и бывшая петербургская дама — покидают Россию и пускаются в скитания по Константинополю и Парижу. Перед нами трагикомическая фантасмагория, сотканная из снов, ностальгии и абсурда эмигрантской жизни, где каждый мучительно ищет опору — кто в карточной игре, кто в любви, кто в вере, — но неизменно слышит зов потерянной родины.



Чехов А. «Драма на охоте».jpg

2. Антон Чехов «Драма на охоте»

Иван Камышев, состоятельный и красивый мужчина, предлагает в издательство свою рукопись с несколько патетическим названием «Драма на охоте». Редактор поначалу настроен скептически, но, начав читать, уже не может оторваться. Закрученная детективная интрига и чудовищный образ главного героя безраздельно завладевают воображением читателя еще и потому, что, по словам самого Камышева, его повесть автобиографична.





Достоевский Ф. «Идиот».jpg

3. Федор Достоевский «Идиот»

Роман, в котором творческие принципы Достоевского воплощаются в полной мере, а удивительное владение сюжетом достигает подлинного расцвета. Яркая и почти болезненно талантливая история несчастного князя Мышкина, неистового Парфена Рогожина и отчаявшейся Настасьи Филипповны, много раз экранизированная и поставленная на сцене, и сейчас завораживает читателя…






Steinbek_K_vostoku_ot_Edema.jpg

4. Джон Эрнст Стейнбек «К востоку от Эдема»

Шедевр «позднего» Джона Стейнбека. «Всё, что я написал ранее, в известном смысле было лишь подготовкой к созданию этого романа», — говорил писатель о своем произведении.

Шедевр «позднего» Джона Стейнбека. «Всё, что я написал ранее, в известном смысле было лишь подготовкой к созданию этого романа», — говорил писатель о своем произведении.

Семейная сага…

История страстной любви и ненависти, доверия и предательства, ошибок и преступлений…

Но прежде всего — история двух сыновей калифорнийца Адама Траска, своеобразных Каина и Авеля. Каждый из них ищет себя в этом мире, но как же разнятся дороги, которые они выбирают…

«Ты можешь» — эти слова из библейского апокрифа становятся своеобразным символом романа.

Ты можешь — творить зло или добро, стать жертвой или безжалостным хищником.


Яхина Г. «Эйзен».jpg

5. Гузель Яхина «Эйзен»

Одна из самых ожидаемых книжных премьер года. Роман-буфф о загадке личности советского кинорежиссера Сергея Эйзенштейна.

Не биография, не том ЖЗЛ, не литературоведческое исследование. Скорее — изложенные в живых эпизодах хроники великой авантюры длиною в четверть века — пути ярчайшей кометы на небосклоне советского кино.

«Сергей Эйзенштейн — близкие звали его просто Эйзен — человек очень сложный, противоречивый, мятущийся, который прятался за сотней масок и, кажется, никем не был разгадан как при жизни, так и спустя много лет после смерти» — Гузель Яхина.

Гузель Яхина — автор трех романов: «Зулейха открывает глаза», «Дети мои», «Эшелон на Самарканд», лауреат престижных премий «Книга года», «Большая книга», «Ясная Поляна». Ее произведения были экранизированы и имели успех на театральных подмостках. Новый роман посвящен загадке великого Эйзенштейна. Человек сложный, мятущийся, он прятался за сотней масок и никем не был разгадан. Создатель отчаянно пропагандистских лент первых лет советской власти или шедевров мирового кино? Легендарный герой-любовник или ледяное сердце? Эгоцентрик, утонувший в собственных страхах, или великий научный ум?

Эта книга — приглашение поразмышлять, восхититься, ужаснуться, влюбиться или оцепенеть от неприязни, а местами просто посмеяться в голос. Именно такая палитра эмоций бушевала в каждом, кто имел когда-то радость или несчастье общаться с Эйзеном.






Возврат к списку


Материалы по теме: